Собор Парижской Богоматери (1956)

В середине 1950-х годов, когда большинство экранизаций классики стремились к упрощению сюжета, эта совместная работа итальянских и французских кинематографистов выделилась стремлением к максимальной точности: режиссеры не урезали второстепенные линии, чтобы сохранить всю глубину романа Виктора Гюго, и не свели сложных персонажей к упрощенным стереотипам. Ключевую роль в успехе фильма сыграл актерский состав: Джина Лоллобриджида, находившаяся на пике своей карьеры, в роли Эсмеральды передала и невинность юной цыганки, и горячность ее натуры, и трагизм судьбы, которую не щадят ни общественное осуждение, ни собственные ошибки. Энтони Куинн в образе Квазимодо отказался от стереотипного изображения уродца как жалкого и глупого, добавив в образ тихую мудрость, глубокое страдание и огромную способность к любви, что сделало персонажа одним из самых запоминающихся в истории кино. Ален Кюни в роли архидиакона Клода Фролло не свел образ к простому злодею: его игра передала весь внутренний конфликт между религиозным долгом и запретной страстью, муки совести и постепенное падение, которое зритель наблюдает без готовых оценок. Производственные особенности тоже выделяют эту версию среди других экранизаций: декорации точно воссоздают не только знаменитый собор Парижской Богоматери, но и всю атмосферу средневекового Парижа — от узких грязных улочек до залов королевского дворца времен царствования Людовика XI, костюмы выполнены с соблюдением исторических деталей, что редко встречалось в фильмах того времени. Жанровая структура сочетает в себе элементы драмы, мелодрамы, исторического фильма и даже ужасов в сценах, связанных с жизнью Квазимодо и преследованием Эсмеральды, при этом все жанровые направления служат раскрытию характеров персонажей и основного конфликта между любовью, верой и социальной несправедливостью. Многие критики и зрители считают эту версию одной из самых верных оригинальному роману: в сюжет включены детали, которые часто выпадали в других адаптациях — от описания жизни бродячих артистов и интриг при дворе до внутренних монологов Фролло и сцен, показывающих одиночество Квазимодо. Фильм не теряет своей актуальности и спустя почти 70 лет после выхода, оставаясь эталоном для всех последующих экранизаций истории Эсмеральды и Квазимодо.